Stolica.ru
    Реклама Rambler's Top100 Service     Все Кулички
 
Заневский Летописец
 
    Виртуальный орган невиртуальной жизни
      Одиннадцатый год издания 13.03.2009         N 1720   

Антирепутация власти
(заметки политического обывателя)
    Девятого января, когда в Кош-Агачском районе Республики Алтай разбился вертолет, в числе жертв оказался представитель президента в Госдуме Александр Косопкин. Другие пассажиры, как погибшие, так и выжившие, тоже занимали не самые низкие посты в бюрократической номенклатуре.

    Однако катастрофа с VIP-жертвами не стала бы политическим скандалом сама по себе, если бы в прессу не просочились сведения о том, что пассажиры вертолета занимались охотой. И охотились они не на кого-нибудь, а на занесенных в Красную книгу горных баранов – архаров. Скандал разрастался по мере того, как стало очевидно желание местных властей в Горном Алтае замять дело...
    И, поскольку дело возбуждать не стали, а местное начальство неприятные вопросы демонстративно проигнорировало, для общественного мнения сделалось очевидно, что все самые худшие подозрения подтверждаются...

    ...Скандал быстро вышел за рамки Горного Алтая, приобретая всероссийскую известность. 28 убитых архаров превратились в вопрос политического принципа... Но проблема оказалась гораздо более политической.
    Речь идет о равенстве граждан перед законом, гарантированным Конституцией РФ.
    Вся история VIP-охоты с ее откровенно феодальными атрибутами становилась символом сословного неравенства, находящегося в вопиющем противоречии с официально провозглашаемыми у нас в стране принципами республиканского правления...

(Борис Кагарлицкий. Дело о мертвых баранах.)
    Можно, конечно, трактовать очередной "высокопоставленный" скандал, как нарушение Конституционных прав граждан.
    Можно (и нужно!) добиваться равенства прав граждан.
    И даже не только перед Законом, а вообще, чем вот уже давно занимается наскоро придуманная "политкорретность".

    Но хотелось бы взглянуть на ситуацию несколько шире, чем это делает уважаемый специалист по глобализации и социальным движениям.
    Ибо люди не равны (и никогда не будут равны) по самым разнообразным параметрам: расе, полу, национальности, способностям, физической силе и так далее.
    В том числе, и по принадлежности к власти...
    Вот об этом критерии давайте и поговорим.

    Недоверие к власти это естественное состояние людей, не имеющих к ней никакого отношения.

    Иногда это естественное состояние прерывается более или менее длительным и более или менее неоправданным периодом доверия к власти, но потом все возвращается обратно.
    Но почему естественным состоянием можно считать недоверие к власти, а не наоборот?
    Да только потому, что власть еще ни разу, никогда и нигде не определяла правильно своей основной задачи.

    А основная задача любой власти, как бы парадоксально это не выглядело, не мешать законопослушной части населения просто жить.
    Помогать - не обязательно, это желательно, но если получится. (Получается, кстати, не слишком часто.)
    Но не мешать - обязательно.

    Если власть человеку не мешает (а при случае - даже помогает), то человек способен закрыть глаза на многие ее недостатки: на "Мерседесы", мигалки, личные самолеты, незадекларированные доходы и прочие спецпайки.
    Он будет считать их даже не недостатками, а легким баловством, такими, знаете ли, незначительными и простительными шалостями, на которые не стоит и внимания обращать.
    В конце концов, не нами придумано:
Quod licet Jovi, non licet bovi! - Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку.
    Никто не говорит, что это хорошо и правильно, но как стали говорить много позже и по другому поводу: C'est la vie!

    А вот если мешает...
    То становятся возможными самые разные варианты, начиная от мягкого антихрущевского переворота в верхах до полной ликвидации государства, от последствий которого мы не можем очухаться второй десяток лет.

    То есть можно сказать, что репутация власти постоянно колеблется от "кредитов доверия" (как правило, неоправданных) до "кризиса власти", который может решаться только хирургическим путем той или иной степени брутальности.

    В какой же позиции к власти мы сейчас находимся, и что говорит "алтайский инцидент"?

    Для ответа на этот вопрос давайте рассмотрим гипотетическую ситуацию.
    Допустим, что дело было так: никакой охоты высокопоставленных чиновников на краснокнижных заповедных баранов не было, а они (чиновники) просто местные красоты из вертолета рассматривали.
    Или даже по делам летели. Из пункта А в пункт Б. А чтобы время не терять, упомянутые красоты из вертолета рассматривали.

    То есть, повторюсь, представим себе, что это - факт.

    Сколько народу в это поверит?
    Процентов семьдесят? Пятьдесят? Тридцать?
    Или меньше?

    Мне кажется (чисто интуитивно), что поверят этому факту процентов пятнадцать-двадцать.
    Остальные не поверят, несмотря ни на какие доказательства.

    Вот что - главное!
    Не то, что какие-то там зарвавшиеся чиновники, забили до смерти десяток-другой баранов (а вместе с ними - в результате катастрофы - и десяток-другой людей!), а то, что, если бы они этого и не делали, то общественное сознание им это приписало бы!

    Ибо репутация власти безмерно низка.

    Это еще не "кризис власти", как бы не старалась оппозиция и "оппозиция" его отыскать, но искомый кризис может случиться в любой момент.

    И что самое любопытное, власть этой опасности в упор не видит.
    И продолжает усугублять свое незавидное положение самыми нелепыми способами.

    (Как всегда, первым опасность почуял г-н Ж.
    Буквально на днях он выступил с законопроектом, предлагающим отмену в России уголовного наказания за возбуждение ненависти или вражды по расовому, национальному, религиозному, половому и социальному признаку, так как "преступление должно квалифицироваться по результату деяния, а не по цели".
    Шаг, безусловно, популистский, но крайне своевременный.)
    Что будет дальше, пока неясно.
    Сумеет ли власть, наконец, перейти от пустопорожней болтовни о "борьбе с коррупцией" к каким-либо (хотя бы косметическим!) мерам по укреплению своей репутации или этим придется заниматься оппозиции?
    Неизвестно.

    Но полагаю, что второй путь: замена "позиции" на оппозицию обойдется нам значительно дороже,
    А вот будет ли репутация новой власти много лучше, чем старой, - это большой вопрос.
    И ответ на него неочевиден.


    А также другие Заметки политического обывателя


Обложка      Предыдущий номер       Следующий номер
   А Смирнов    ©1999-2017
Designed by Julia Skulskaya© 2000