Stolica.ru
    Реклама Rambler's Top100 Service     Все Кулички
 
Заневский Летописец
 
    Виртуальный орган невиртуальной жизни
      Девятый год издания 19.12.2007         N 1551   

Большой выход у Сатаны
(Осип Сенковский)

(Начало)
    - Здоров ли ты, чёрт Точкостав? - сказал ему Сатана.
    - !... !..... Слуга покорнейший....!!!?...!!!! вашей адской мрачности!!!!!....!..!.
    - Давно мы с тобой не видались.
    - Увы!...!!!..??..?!..!!!!!!!..! Я страдал...!!!... Я жестоко страдал!!!!..!..!..!..? Мрачная влажность проникла в стены души моей; гробовая сырость её вторгнулась, как измена, в мозг, и моё воображение, вися неподвижно в сём тяжёлом, мокром, холодном тумане болезненности, мерцало только светом слабым, бледным, дрожащим, неровно мелькающим, похожим на ужасную улыбку рока, поразившего остротою свою добычу,- оно мерцало светом лампады, внесённой рукою гонимого в убийственный воздух ужаса и смрада, заваленной гниющими трупами и хохочущими остовами...
    - Что это значит? - воскликнул изумлённый Сатана.
    - Это значит??.!!!..?.!!!!!.!.! это значит, что у меня был насморк,- отвечал Точкостав.
   

    - Ах ты, сумасброд! - вскричал царь чертей с нетерпением. - ...Теперь для вящей безопасности от скуки и рвоты решаюсь принять в отношении к вам общую, великую, государственную меру...
    Я отменяю,- продолжал Сатана,- уничтожаю формально и навсегда в моих владениях весь романтизм и весь классицизм, потому что как тот, так и другой- сущая бессмыслица.
    - Как же теперь будет?.. - спросил нечистый дух словесности. Каким слогом будем мы разговаривать с вашею мрачностью?.. Мы умеем только говорить классически или романтически.
    - А я не хочу знать ни того, ни другого! - примолвил Сатана с суровым видом. - Оба эти рода смешны, ни с чем несообразны, безвкусны, уродливы, ложны - ложны, как сам черт! Понимаешь ли?..
    И ежели в том дело, то я сам, моею властию, предпишу вам новый род и новую школу словесности: вперед имеете вы говорить и писать не классически, не романтически, а шарбалаамбарабурически.
    - Шарбалаамбарабурически?.. - сказал черт.
    - Да, шарбалаамбарабурически,- присовокупил Сатана,- то есть писать дельно.
    - Писать дельно?.. - воскликнул великий чёрт словесности в совершенном остолбенении. - Писать дельно!.. Но мы, ваша мрачность, умеем только писать романтически или классически.
    - Писать дельно, говорят тебе! - повторил Сатана с гневом. - Дельно, то есть здраво, просто, естественно, сильно, без натяжек; ново, без трупов, палачей и шарлатанства; приятно - без причёсанных a la Titus периодов и одетых в риторический парик оборотов; разнообразно - без греческой мифологии и без Шекспирова чернокнижия; умно- без старинных антитез и без нынешнего плутовства в словах и мыслях. Понимаешь ли?.. Я так приказываю: это моя выдумка.
    - Писать здраво, просто, умно, разнообразно!.. - повторил с своей стороны нечистый дух словесности в жестоком смятении. - У вашей мрачности всегда бывают какие-то чертовские выдумки. Мы умеем только писать классически или ром...
    - Слышал ли ты мою волю или нет?
    - Слышал, ваша мрачность, но она неудобоисполнима.
    - Почему?..
    - Потому что я и подведомые мне словесники умеем излагать наши мысли только классически или романтически, то есть по одному из двух готовых образцов, по одной из двух давно известных, определённых систем: писать же так, чтоб это не было ни сглупа по-афински, ни сдурна по-староанглийски - того на земле никто исполнить не в состоянии. Ваша нечистая сила полагаете, что у людей такое же адское соображение, как у вас: они - клянусь грехом! - умеют только скверно подражать, обезьянничать...
    Прежде они подражали старине греческой, которую утрировали, коверкали бесчеловечно; теперь она им надоела, и я подсунул им другую пошлую старину, именно великобританскую, на которую они бросились, как бешеные, и которую опять стали утрировать и коверкать. Они сами видят, что прежде были очень смешны; но того не чувствуют, что они и теперь очень смешны, только другим образом, и радуются, как будто нашли тайну быть совершенно новыми. Притом, что пользы для вашей мрачности, когда люди станут писать умно и дельно?
    - Как что пользы?.. Я, по крайней мере, не умру от скуки, слушая подобные глупости.
    - Но владычество ваше на земле исчезнет.
    - Отчего же так?
    - Оттого что когда они начнут сочинять дельно, о чертях и помину не будет. Ведь мы притча!..
    - Ты думаешь?..
    - Без сомнения!.. Теперь вы самодержавно господствуете над всею земною словесностью, вы царствуете во всех изящных произведениях ума человеческого. Все его творения дышат нечистою силой, все бредят дьяволом. Греческий Олимп разрушен до основания: Юпитер пал, и на его престоле теперь сидите вы, мрачнейший Сатана. Я всё так устроил, что смертные писатели воспевают только ад, грех, порок и преступление...
    - Неужели?.. - воскликнул царь тьмы с удовольствием.
    - Ей-ей, ваша мрачность. Главные пружины нынешней поэзии суть: вместо Венеры - ведьма, вместо Аполлона - страшный, засаленный, вонючий шаман; вместо Нимф - вампиры; она завалена трупами, черепами, скелетами; из каждой её строки каплет гнойная материя. Проза сделалась настоящею помойною ямой: она толкует только о крови, грязи, разбоях, палачах, муках, изувечениях, чахотках, уродах; она представляет нищету со всею её отвратительностью, разврат со всею его прелестью, преступление со всею его мерзостью, со всею наготою, соблазн и ужас со всеми подробностями.
    Она с удовольствием разрывает могилы, как алчная гиена, и забавляется, швыряя в проходящих вырытыми костями; она ведёт бедного читателя в мрачные гробницы и, шутя, запирает его в гроб вместе с червлявым трупом; ведёт в смрадные тюрьмы и, также шутя, сажает его на грязной соломе, подле извергов, разбойников и зажигателей, с коими поёт она неистовые песни; ведёт в дома распутства и бесчестия и, для потехи, бросает ему в лицо все откопанные там нечистоты; ведёт на лобные места, подставляет под эшафоты и, в шутку, обливает его кровью обезглавленных преступников.
    Она придумывает для него новые страдания, хохочет над его страданиями. Она мучит его всем, чем только мучить возможно - предметом, тоном повествования, слогом - этим-то слогом моего изобретения, свирепым, ядовитым, изломанным в зигзаг, набитым шипами, удушливым, утомительным до крайности...
    - Всё это очень хорошо и похвально,- прервал Сатана,- но не прочно. Я знаю, что твой слог имеет все эти достоинства, но думаешь ли ты, что читатели долго дозволят вам мучить их таким несносным образом? Ведь это хуже, чем у меня в аду!..
    - Конечно, недолго,- отвечал чёрт Точкостав,- но между тем какое удовольствие, какая отрада мучить людей порядком, и ещё под видом собственного их наслаждения!..
    - И то дело! - сказал Сатана. - Мучь же крепко, любезный Точкостав, своею романтическою прозою и поэзиею!
    - Рад стараться, ваша мрачность.
    (17 июня 1832 г.)


    Примечания
    Повесть является переработкой произведения Оноре де Бальзака "Бал у Сатаны".
    Впервые повесть опубликована в альманахе "Новоселье" (СПб., 1833, с. 129-186) под псевдонимом Барон Брамбеус.


    Ученое путешествие на Медвежий остров (Осип Сенковский)


Обложка      Предыдущий номер       Следующий номер
   А Смирнов    ©1999-2017
Designed by Julia Skulskaya© 2000