Stolica.ru
    Реклама Rambler's Top100 Service     Все Кулички
 
Заневский Летописец
 
    Виртуальный орган невиртуальной жизни
      Девятый год издания 01.06.2007         N 1491   

Кузька

    Когда я был совсем маленьким, в нашем доме был определенный предмет для воспитания под названием "Кузька".

    Это был узенький светло-желтый ремешок с простой пряжкой.
    По своему прямому назначению (для подпоясывания) он, по-моему, никогда не использовался, но висел всегда на одном и том же видном месте.
    Честно сказать, я не помню, чтобы он когда-либо использовался и по своему "воспитательному" назначению, но, очевидно, некоторый опыт знакомства с ним мы с братом имели, поскольку угрозу: "Вот сейчас Кузьку возьму!" - всегда понимали правильно.

    И вот, когда мне было неполных пять лет, а брату, соответственно, около трех, случилось большое событие: переезд в другой город. В Москву.

    Собственно, название это нам ничего не говорило, поскольку даже город нашего тогдашнего пребывания ограничивался для нас домом и примерно ста метрами пространства вокруг него.
    Все остальное было где-то там, невероятно далеко, за горизонтом, и от нечастых поездок "в город" сохранилась почему-то только воспоминание о салоне трамвая и невероятно длинная лестница в гору от остановки трамвая к нашему дому.
    Но разговоров вокруг "переезда" было много.
    И суеты тоже.

    Теперь я думаю, что суеты было даже больше, чем я предполагаю: вдруг опустели комнаты, в спальне осталась только высокая бабушкина кровать...
    Что еще оставалось из мебели, я не помню, но комнаты стали вдруг большими и гулкими...
    Большими - это здорово, но - гулкими!
    Это было неприятно.
    С той поры и посейчас я недолюбливаю вокзалы с их постоянной реверберацией звука...

    Самое интересное, что в суете переезда про Кузьку забыли: он продолжал висеть на гвоздике у двери.
    И тут у меня созрел план!

    Я отвел брата в дальний угол пустой комнаты и тихим-тихим шепотом сказал ему на ухо:
    "Давай Кузьку спрячем".
    "Давай", - согласился он.
    Мы на цыпочках подкрались к двери, сняли Кузьку гвоздика и бегом помчались в спальню.
    Там мы залезли под бабушкину кровать и аккуратно затолкали Кузьку в щель между плинтусом и полом.

    И уехали в Москву.

    Про Кузьку мама вспомнила, конечно. Но уже - потом, когда мы жили в Подмосковье.
    Она заподозрила наш злой умысел, но мы не признались.
    Никакой постоянной замены Кузьке, тем более с именем собственным, у нас не появилось.
    Какие "воспитательные" предметы стали использоваться после этого, и были ли они вообще - я не помню.

    Иногда таинственная пропажа Кузьки вспоминалась (теперь уже как казус), я помню два или три разговора на эту тему, но мы скрывали истину лет двадцать или больше.
    А потом я все рассказал.

    И разговоров про Кузьку больше не возникало: интрига исчезла...

    А совсем недавно читаю исследование на тему:

Почему "показывают кузькину мать"?
    Грубо-просторечный оборот “Показать кузькину мать“. Является выражением угрозы. Благодаря Н.С.Хрущеву это выражение стало весьма популярным.
    Есть несколько версий этимологии этого оборота.

    Вторая версия:
кузьма, кузька - плетка, обычное орудие домашнего наказания.

    Никогда раньше я этого не слышал!

    Цивилизация, компьютеризация, глобализация... а наше этнографическое прошлое оказывается значительно ближе, чем мы привыкли считать...


    Приложение для справки

      Первая версия:

    Имя “Кузьма“ в русских пословицах и поговорках имеет отрицательную характеристику.
    Кузьма злой, мстительный и драчливый. В народе говорили: “Наш Кузьма все бьет со зла“.
    Он беден: “Что хромо, что слепо, то Козьме и Демьяну“; несообразителен: “Эта пословица не для Кузьмы Петровича“; низкого происхождения: “Прежде Кузьма огороды копал, а нынче Кузьма в воеводы попал“.
    Отрицательная социальная характеристика этого имени, возникшая еще до появления фразеологического оборота, и легла в основу выражения “показать кузькину мать“.

      Вторая версия (полностью):

    кузьма, кузька - плетка, обычное орудие домашнего наказания.
    В день свадьбы на Кузьминки жених клал плетку (символ супружеской власти) в сапог. Плеть называли также "кузькина мать".
    Выражение: "А видал ты кузькину мать?" основано на противопоставлении - это тебе не родная мать, а плеть - погонялка, плеть кузьки - защитника брака.
    Возможно также смешение слов "кузька" - "плеть" и сквернословий, непристойных песен, поговорок, допускаемых на свадьбах перед брачной ночью.
    Невеста была символом матери-земли. Сочетавшись браком в Кузьминки, она становится матерью.
    Выражение "кузькина мать" как каламбур по своей бранной эмоциональности соединено в сознании со словами, символизирующими появление новой жизни.


    Другие Рассказы бывалого человека


Обложка      Предыдущий номер       Следующий номер
   А Смирнов    ©1999-2017
Designed by Julia Skulskaya© 2000