Stolica.ru
    Реклама Rambler's Top100 Service     Все Кулички
 
Заневский Летописец
 
    Виртуальный орган невиртуальной жизни
     Седьмой год издания 30.06.2005         N 1276   

"Записки палача"

(Начало)
    Последним палачом из рода Сансонов был Клеман-Анри. Он прослужил только семь лет и был отправлен в отставку в 1847 году.
    Первые известия о воспоминаниях Сансон появились в России еще в конце двадцатых годов девятнадцатого века.
       "Французский журнал, - писал А.С. Пушкин в "Литературной газете" в 1830 году, - извещают нас о скором появлении "Записок Сансона", парижского палача... Недоставало палача в числе новейших литераторов."
    Однако через двадцать лет после их выхода стало известно, что "записки" - подделка, и их автор - Оноре де Бальзак.
    Какую же цель преследовал он, идя на эту литературную мистификацию?

    В двадцатых годах девятнадцатого века во Франции проходила кампания за отмену смертной казни. Всколыхнулись все слои французского общества.
    За уничтожение смертной казни высказывались адвокаты, историки, политики и прочие общественные деятели. Естественно, и литераторы не остались в стороне. Таким выступлением можно считать и "Записки..." Бальзака.
    В этих "Записках" фигура палача показана не только зловещей, но и трагической.
    Палач Шарль-Анри Сансон в изображении Бальзака с одной стороны - орудие исторического закона, а с другой - человек, воспринимающий исполнение этого закона, как нравственную пытку.

    Вряд ли так было на самом деле.
    Писателям девятнадцатого века было свойственно романтизировать своих героев.
    Ни один нормальный человек не станет заниматься всю жизнь работой (любой работой!), которая приносит ему страдания.
    А если обстоятельства вынуждают его ею заниматься, то он либо перестраивает свою психологию, возводя оправдывающие себя барьеры, либо сходит с ума.

    В минувшее десятилетие для такого утверждения можно найти массу примеров.
    В период резкого "пожелтения" прессы 90-х годов прошлого века было напечатано множество интервью с разного рода охранниками и прочими деятелями ГУЛАГа.
    При этом общественное мнение уже прочно квалифицировало их (в лучшем случае), как "пособников преступного режима".
    И что же?
    Хоть один из них признал себя "палачом" и пособником"?
    Ничего подобного!
    Все они продолжали считать себя защитниками мировой революции и борцами за чистоту рядов ВКП(б).

    Можно предположить, что и Шарль-Анри, как и все остальные Сансоны, имел прекрасно настроенные психологические защитные механизмы.

Гильотина
    Бальзаковская мистификация имела свое продолжение.
    В 1863 году в Париже вышли шеститомные "Записки палача", редактором которых значился Клеман-Анри Сансон.
    Что делать? - карьера палача не удалась, пришлось переквалифицироваться в редакторы.
    Клеман-Анри с негодованием отзывался о "подложных мемуарах Сансона". Впрочем, он отмечал, что труд Бальзака отличается точностью и близостью к истине.
    Еще бы - его дед был преподан читателем не обычным костоломом, а костоломом с чувствительной душой.

    "Вольтер сказал где-то, - продолжал бывший палач, - что всякий имеет право брать свою собственность везде, где только она ему попадется. Поэтому я, не колеблясь, решаюсь заимствовать этот рассказ."

    Какой, однако, начитанный палач! Даже под элементарный плагиат подвел идеологическую базу...
    Вероятно, творение Бальзака было значительно лучше, красивее, благороднее настоящих воспоминаний "заплечных дел мастера".
    Да и вряд ли Клеман-Анри мог знать подробности "работы" своего "великого" деда Шарля-Анри.

    Впрочем, через десять лет выяснилось, что и "настоящие" мемуары тоже подделка. Сансон не имел возможности или желания (а скорее и того и другого, по характеристике писателя М.А. Алданова он был полуидиот ) писать свои мемуары.
    Просто в начале 60-х годов его разыскал некий предприимчивый журналист (д'Ольбрез) и за 30 тысяч франков от имени издательства выкупил у него право воспользоваться его именем как редактора.
    Этот самый д'Ольбрез и состряпал все шесть томов "мемуаров палача".

    Сей прискорбный факт говорит о том, что не только среди палачей попадаются (по версии Бальзака) совестливые люди, но и среди "писателей" случаются желающие примерить на себя роль палача и доложить об этом "почтеннейшей" публике.

    А пипл схавает...


    В статье использованы материалы
очерка К.Калмановича "Записки господина парижского мастера" (сб. "Прометей", 1972 год)
и сайта his.1september.ru


Обложка      Предыдущий номер       Следующий номер
   А Смирнов    ©1999-2005
Designed by Julia Skulskaya© 2000