Stolica.ru
    Реклама Rambler's Top100 Service     Все Кулички
 
Заневский Летописец
 
    Виртуальный орган невиртуальной жизни
     Пятый год издания 09.05.2003         N 985   

Первый боевой...
(М.Максадов)


     - Хочешь, расскажу тебе, как начал войну двадцать второго июня тысяча девятьсот сорок первого года? - спросил Семен.
     Я кивнул головой.

     - Послали наши две эскадрильи бомбить железнодорожный узел со скоплением техники противника.
     Собрались мы над ИПМ сомкнулись плотным строем и стали ждать истребителей сопровождения. Только не дождались мы их, потому что в это время они уже горели на земле.
     Командир группы, он же командир нашего самолета, принял решение больше не ждать, а то бензина на обратный путь может не хватить.
     И пошли мы. Как на параде. Красиво пошли.
     Как ни странно, но до цели нас никто не атаковал.
     Потом оказалось, что ждали нас "мессера" над целью, только рассчитывали они, что мы пойдем с востока, а мы схитрили и зашли с юга

     Отбомбились мы на пять с плюсом.
     Ну, думаю, так воевать можно. В это время слышу, радист кричит: "Мессера"!
     Глянул, мама родная, все небо в "мессерах".
     Сейчас дадут они нам прикурить! Но идем плотно, стрелки огонь открыли, не дают подойти "мессерам" близко, а те тоже на рожон лезть не хотят.
     Смотрю, перестроились и изменили тактику: стали наших замыкающих атаковать. Вижу, одного срубили, и так расстреляли, сволочи, в воздухе, что даже от парашюта одни клочья остались.
     Ну, мы строй сомкнули, держим крепко, а сделать-то ничего не можем. Один "мессер" сунулся в середину строя, мы его срубили. Летчик на парашюте спустился. Не стали мы по парашюту стрелять.
     А "мессера" идут сзади и рубят наших одного за другим. Как машину отсекут, так наваливаются, и все - парашюты в клочья, а от машины только горящие обломки сыплются.
     И осталась у нас только одна машина: наша, флагманская. Радист не отвечает, стрелок не отвечает - наверное, убиты.
     Подходит к нам "мессер" вплотную,- Семен показал на дерево метрах в трех от веранды,- рожа мерзкая, а сам смеется и показывает один палец. Мол, вот сейчас сделаю один заход - и тебе крышка.
     "Ах ты, сука",- думаю. Говорю летчику: "Подверни, когда он зайдет, может, я его, гада, из носового достану".
     Повернул летчик. Дал я очередь, да чуть-чуть не дотянулся.
     Потом подходил "мессер" второй раз, показывает два пальца. Мол, сейчас второй раз заход сделаю и срублю вас.
     А на третьем он нас сбил.

     Как выбросился, как кольцо дернул - ничего не помню. Рвануло. Смотрю, парашют раскрылся. Посмотрел кругом - больше парашютов нету.
     Один я.
     А потом гляжу, снова тот "мессер" заходит. И по парашюту. И разорвало мой парашют на две части.

     Упал. Поднялся.
     Недалеко в поле дымится самолет, из наших. Подошел, летчик сидит на своем кресле, мертвый. И штурман мертв, а радист и стрелок стонут - значит, живы. Перевязал я их кое-как и пошел за людьми.

     Оказалось, я от своего аэродрома всего-то в двадцати километрах.
     Отдал стрелка и радиста в медпункт, а сам выпросил телегу - и домой.

     Встречаю по дороге полкового комиссара, он смотрит на меня, как будто я с того света, и говорит:
     "Как, ты живой? Вас же всех убили!"

     Идем к командиру дивизии. Доложил я ему все, как было.
     "Ладно,- говорит,- разберемся. А сейчас идите домой. Приведите себя в порядок".

     Иду я домой, а в дверях домов военного городка стоят женщины. Не подходят ко мне, но каждая глазами спрашивает:
     "Ты жив? А мой? Тебя тоже убить должны были!"

     Я открыл дверь квартиры. Жена с порога на шею бросилась и не кричит, а так тихо-тихо говорит:
     "Ты жив? Тебя не убили?.. А мне сказали, что тебя убили".

     Я подумал, а может, я и вправду мертв?
     Налил из графина стакан водки, выпил. Потом еще один стакан и упал на кровать.

     А самое страшное было назавтра.
     Ко мне приходили жены и спрашивали:
     "Сема, вспомни, может, он выпрыгнул? Или сел на фюзеляж, или в сторону отвернул?"

     Но я не видел целых парашютов, не видел садящихся самолетов, и вообще я видел, как рубили наших, рубили одного за другим, и как горели машины - одна за другой.
     Слушай, хватит этих наперстков!

     И мы вылили водку в нормальные двухсотграммовые стаканы и выпили за первый боевой вылет Семена.

     (Из очерка М.Максадова "Зигзаги". Сборник "Пути в незнаемое", 1986 год).)


Обложка      Предыдущий номер       Следующий номер
   А Смирнов    ©1999-2003
Designed by Julia Skulskaya© 2000