Stolica.ru
    Реклама Rambler's Top100 Service     Все Кулички
 
Заневский Летописец
 
    Виртуальный орган невиртуальной жизни
     Пятый год издания 25.03.2003         N 955   
Хроники вольного города Обурга    
(Дмитр Урбан, летописец)    

Хроника ХIV.
Права налево, права направо


     Сравнительно недавно (по европейским, конечно, меркам) жителям Обурга из всех прав человека твердо гарантировано было только одно. Крепостное. Да и то века полтора назад отобрали.

     Поэтому, проскочив на одном дыхании Царство Благоденствия и Великую Эпоху Счастья, обуржцы вместе со всей страной ворвались в Эру Свободы малость психологически неготовыми к тому, что им в дополнение полагаются еще и какие-то права.
     Кроме, разумеется, тех, которые разрешали вождение автоматических мобилей, за особенности хода в народе любовно прозванных "тачками".
     Но те права обуржцами всерьез не принимались, потому как ни в какое сравнение не шли с правами первого же встречного автоинспектора.

     Так вот, на третьем созыве своего существования Обургская ЗаПа (Законодательная Палата, то есть) в лице самого боевого своего представителя - отставного бомбардир-капитана фон Хруллоффа - озаботилась таки правами человека.
     Фон Хрулофф, надо отдать ему должное, не давал администрации Герцога Обургского сэра Шварценшоффа покоя по этому вопросу не первый год. Так что не будь доблестный ветеран столь настойчив, Герцог и понятия бы не имел, что, в частности, у него, одного из последних Герцогов Европы, оказывается, и прав-то нет!
     Но бравый бомбардир закидал его запросами, и сэр Шварценшофф наконец дал поручение проверить все документы на этот счет.
     Вышло: так и есть, из всех прав, записанных за ним как за гражданином в Конституции Страны, законодательно защищено только право на труд.
     А захоти он пройти альтернативную гражданскую службу, допустим, в госпитале -ничего не получится!

     После этого в два счета была создана Комиссия по правам Герцога Обургского при Дворе Герцога и, чтобы Фон Хруллоффу не обидно было, при ЗаПе тоже.
     На первом же заседании Комиссии сэр Шварценшофф определил ее главную задачу: "оказание помощи Герцогу в вопросах соблюдения прав человека".
     Так отставание вольного города Обурга от Европы сократилось еще на один пункт.

     Наслушавшиеся таких вольнолюбивых слов своего правителя, кое-кто из почтенных бюргеров вздумал истолковать их в пользительном для себя значении.
     У памятника Мунизму в самый жаркий из июльских дней, в самый жаркий из его часов Народная Лига НПСР (Народ Против Совершающихся Реформ) организовала митинг, посвященный безудержному росту энергохлебателей.
     Выступивший на нем Фон Хруллофф, как всегда, очень убедительно объяснял собравшимся, что много платить за хлебаемую электроэнергию нельзя независимо от того, сколько она стоит на самом деле.
     Пожилой председатель Союза Пожилых Бюргеров пенял собравшимся, что когда он в свое время предлагал "брать секиру и крушить", его не послушали, а теперь поздно - в Обурге не осталось ни одной секиры, а без нее "революцию в белых перчатках" он лично делать отказывается.

     Представлявший на Площади юность Обурга, один из лидеров компактной партии "Ле Мон", завладев микрофоном, прокричал в него:
     "Мы победим, и нам для этого ничего не надо делать! Чем хуже, тем лучше! Ужайс - отец русской революции!"

     Мимо проходящие не присоединялись к митингующим по причине того, что мимо никто не проходил.

     Услыхав знакомые слова "Ужайс" и "Революция", из окошка личного кабинета на пятом этаже Герцогского дворца, выглянул сэр Шварценшофф.
     Впрочем, уточнив у помощника, что его права человека здесь никто нарушать не собирается, а каждый из двух сотен собравшихся имеет законное право ругать безудержный рост энергоносителей, поминать всуе господина Ужайса и сколько угодно произносить слово "революция", утратил интерес к происходящему.

     Ему предстояло разбирать дело покруче.
     Председатель Комитета по Управлению Оставшемся Имуществом Обурга недавно передал в бессрочное пользование партии Мунистов по ее просьбе помещение площадью в 106,8 квадратных метров.
     Незаслуженно обидев тем самым партии Союз Бравых Сил, "ЕдиноОбразие" и "Тыблочко". Не говоря уже о более мелких политобразованиях типа "Ле Мона", у которых кроме повязки на рукаве никакого имущества, но попробуй предоставь им как-нибудь потом, в свое время комнату площадью, скажем, 103,2 метра!

     Это будет нарушением прав...
     И ведь теперь уже ничего не сделаешь: по 106,8 - так по 106,8!
     Многопартийная общественность Обурга, предчувствовал Герцог, следить за этим будет строго.

   17 июля 2002 года

     (Конец Четырнадцатой хроники.)


     Полный список "Хроник"


Обложка      Предыдущий номер       Следующий номер
   А Смирнов    ©1999-2003
Designed by Julia Skulskaya© 2000