Stolica.ru
    Реклама Rambler's Top100 Service     Все Кулички
 
Заневский Летописец
 
    Виртуальный орган невиртуальной жизни
25.10.2002         N 864   

Лезвие моды
(Валерий Ярхо)


     Французы говорят: "Если модно, и рога носят".
     Выполнить все капризы ветреницы моды так же трудно, как в точности следовать неписаным законам светского этикета.
     Неприятностью чревато даже легкое нарушение правил хорошего тона.
     Говорят, что когда-то из-за крошечного куска материи в Париже разразилась настоящая война.

     При французском дворе многие знатные особы добивались права прислуживать королю за трапезой.
     Обед начинался только после того, как самый родовитый из них подносил монарху салфетку.
     Однажды принц Конде, считая себя высшим сановником королевства, изящно подал Людовику XIII кусок белого вышитого батиста.
     "Помилуйте, принц! - вскричал его давнишний недруг граф Суассон. - Его Величество удостоил этой привилегии меня!"
     Между вельможами возникла оживленная дискуссия, они пытались раз и навсегда прояснить вопрос: "А ты кто такой?"
     Спор разгорался, а голодный Людовик ждал. Между тем предмет раздора лежал перед спорщиками на столе.
     Сам король взять салфетку не мог - запрещал этикет. Наконец он нашел выход из положения: дал знак, и салфетку поднес его родной брат, принц Анжу.
     Обед начался.
     Конде и Суассон, прекратив ненадолго препирательства, схлестнулись потом в кулуарах.
     Соперники приводили все более и более веские аргументы. У каждого появились сторонники и противники.
     Вся французская знать разделилась на два лагеря. Королева-мать, знаменитая интриганка Мария Медичи, повела свою игру, раздувая конфликт, - в итоге даже возникла небольшая междоусобная война, которую, к счастью, удалось быстро погасить.

     Герой романа Дюма, живший как раз во время царствования Людовика XIII, из-за своей провинциальной неуклюжести успел за час получить три вызова на дуэль. Одного мушкетера случайно толкнул, другого дернул за плащ, а третьему подал платок, который не следовало поднимать с земли.
     Ох, и непростой была галантная наука!
     Французские дворяне стремились соблюсти все правила приличия даже во время болезни. Король заходил навестить захворавшего вельможу, и... тот оказывался в затруднительном положении.
     Стоять, поддерживая разговор с обожаемым монархом, трудно, а лежать в присутствии стоящего и даже сидящего короля нельзя.
     Людовику тоже было неловко: придя навестить больного, он подвергал его мучениям.
     Выход нашли. В особняках аристократов появились кушетки.
     Король, полулежа, устраивался в удлиненном легком кресле, при этом и хозяин тоже мог остаться в постели. В доме каждого вельможи кушетку держали на всякий случай: вдруг король зайдет поваляться?

     Если уж в обществе заведется какая-нибудь блажь, пусть дикая и нелепая, человеку светскому приходится ей следовать.
     Когда доктор Гильотен в 1789 году представил свою машину для отсечения голов, Национальное собрание наградило его премией, а парижане закатили праздник.
     Новое изобретение стало темой светского сезона, предметом, породившим огромное количество шуточек. Мода открыла ему путь на балетную сцену: танцовщики исполняли замысловатые па на фоне гильотины. Машина стала действующим лицом в драматическом театре и героиней народной комедии.
     В постмонархической Франции горожане наперебой обзаводились серьгами, брошками, браслетами, печатями для конвертов в виде гильотинок.
     Не остались в стороне и парижские кулинары. У новоявленной знати на стол к каждому прибору ставили полированную деревянную машинку. На блюде подавали марципановых куколок, похожих на политических деятелей.
     Гость выбирал себе вельможу по вкусу и срубал ему голову. Из сладкой фигурки вытекал вкусный густо-красный соус, который поедали, макая в него марципановый трупик.
     Отрубленную головку брали на память.

     Цивилизация, однако.


О моде:
"Высокая мода" - Галстуки
"Высокая мода" - обувь


Обложка      Предыдущий номер       Следующий номер
   А Смирнов    ©1999-2002
Designed by Julia Skulskaya© 2000