Stolica.ru
    Реклама Rambler's Top100 Service     Все Кулички
 
Заневский Летописец
 
    Виртуальный орган невиртуальной жизни
27.07.2002         N 806   

"Увы! Как скучен этот город..."
(Лев Сидоровский)


     Лермонтов увидел этот город в семнадцать лет...
     Вынужденный оставить словесное отделение Московского университета, он вместе с бабушкой Елизаветой Алексеевной Арсеньевой приезжает на невские берега.
     Первое впечатление угнетающее:
Увы! Как скучен этот город
С своим туманом над водой!..
     Остановились у родственника в 4-й Адмиралтейской части, в первом квартале, под номером 18. (Ныне, перестроенный, под номером 8/10, стоит он на углу Лермонтовского и улицы Печатников.)
     Пока бабушка подыскивала для жилья место получше, внук постигал новый край.
     Первая встреча с морем не порадовала тоже:
И наконец я видел море,
Но кто поэта обманул?..
Я в роковом его просторе
Великих дум не почерпнул...
     Правда, вскоре в Петергофе, на террасе Монплезира, вдруг явились совсем иные строки:
Белеет парус одинокий
В тумане моря голубом!..


     Придите на Мойку, к Мариинскому дворцу: на этом месте когда-то находилось другое здание, и там, в Школе гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров, учился юный поэт. Здесь были написаны "Измаил-Бей" и "Хаджи Абрек", здесь зарождались "Вадим" и "Демон".
     А в юнкерском рукописном журнале появилось:
Царю небесный!
Спаси меня
От куртки тесной,
Как от огня...
     Дальше - окраина Царского Села, именуемая Софией, где располагался лейб-гвардии гусарский полк.

     А еще корнет Лермонтов был страстным театралом: каждый вечер его можно было встретить то в Большом, то в Александринке, то в Михайловском...
     Помните на Невском здание, в котором - Малый зал Филармонии? Здесь, в доме Энгельгардта, были самые знаменитые в Петербурге маскарады - не случайно привел сюда Лермонтов и героев своей пьесы.



Садовая, 61. Здесь жил поэт.
     В начале мая 1836-го года внук сообщал бабушке из Царского:
     "Квартиру я нанял на Садовой улице в доме князя Шаховского за 2000 рублей - все говорят, что недорого, смотря по числу комнат..."
     Дом Шаховского на Садовой, против пожарной каланчи, сегодня - под номером 61.
     Осенью, по окончании военных учений, внук перебрался сюда, к бабушке, и в полк отныне ездил лишь на дежурства.
     Здесь написан роман "Княгиня Лиговская", где впервые возник Печорин.
     Здесь же, на Садовой, Михаил Юрьевич, вернувшись скорбной зимней ночью от дома на Мойке, пишет:
Погиб поэт - невольник чести
Пал, оклеветанный молвой...
     И сразу же - арест. Его содержат в одной из комнат верхнего этажа Главного штаба.
     В заточении возникают строки:
Одинок я - нет ограды:
Стены голые кругом.
Тускло светит луч лампады
Умирающим огнем...
     Затем - первая ссылка на Кавказ...


     В самом начале 1838-го он снова в столице. Его литературное имя уже весьма популярно.
     Гостя радушно принимают в доме Одоевского на Машковом переулке, где собирались писатели, артисты, художники.

     Панаев вспоминает: "Наружность Лермонтова была очень замечательна. Он был небольшого роста, плотного сложения, имел большую голову, крупные черты лица, широкий и большой лоб, глубокие, умные и пронзительные черные глаза, невольно приводившие в смущение того, на кого он смотрел долго... ".

     И в доме Олениных на Большой Морской (ныне номер 48) Михаилу Юрьевичу были рады и хозяева, и постоянные посетители, среди которых - Жуковский, Вяземский, Крылов...
     И в доме братьев Виельгорских на Михайловской площади (дом номер 5) тоже.
     И еще - в семье Карамзиных, на Гагаринской: сюда поэт стремился охотнее всего...
     В доме Марии Щербатовой (набережная Фонтанки, 101), которой поэт посвятил дивный мадригал

"На светские цепи,
На блеск утомительный бала
Цветущие степи
Украйны она променяла...",
он встречается с сыном французского посла Эрнестом де Барантом. Светские "доброжелатели" провоцируют ссору.
     Объяснение состоялось на балу у графини Лаваль (Английская набережная, 4).

     А потом - дуэль за Черной речкой, на Парголовской дороге. Сначала - на шпагах, затем - на пистолетах. Барант стрелял первым и промахнулся, Лермонтов разрядил оружие в сторону...
     Конечно, этот поступок ему не простили.

     Подойдите к дому номер 3 на Садовой: здесь, в Ордонансгаузе, содержался узник.
     Здесь его навестил Белинский, как известно, воскликнувший после этой встречи: "О, это будет русский поэт с Ивана Великого!".
     Между тем жить поэту оставалось чуть больше года...

     Назначение, а по сути - ссылка в Тенгинский пехотный полк. Прощальные часы у Карамзиных. Стоя у окна, глядя на тучи, что ползли над Летним садом, он шептал стихи, явившиеся в этом миг:

Тучки небесные,
         вечные странники!
Степью лазурною,
         цепью жемчужную
Мчитесь вы, будто как я же,
         изгнанники
С милого севера
         в сторону южную...


     И последняя встреча с Петербургом - в начале 1841-го...
     Навсегда покидая столицу Империи, он читал у Карамзиных:
Прощай, немытая Россия,
Страна рабов, страна господ,
И вы, мундиры голубые,
И ты, им преданный народ...
     Этими стихами поэт простился с друзьями, с городом...

     Спустя три месяца, 27 июля, его не стало...


О Лермонтове:
Погиб Поэт, Судьбы заложник...
Случайность или судьба?


Обложка      Предыдущий номер       Следующий номер
   А Смирнов    ©1999-2002
Designed by Julia Skulskaya© 2000