Stolica.ru
    Реклама Rambler's Top100 Service     Все Кулички
 
Заневский Летописец
 
    Виртуальный орган невиртуальной жизни
02.08.2001         N 600   

Шестисотый, но не "Мерседес"

Уважаемые читатели!


     Опять незаметно пролетело время, и подкрался выпуск номера с двумя нулями.
     Я хотел было поместить в него что-нибудь обыденное и рядовое, например, продолжение эпопеи с поиском Трешера, но страсть к юбилеям пересилила.

     За отчетный период...
     Каково выражение? прямо-таки снова зарябило в глазах от красных галстуков и знамен, а в ушах зазвучало, как бессмертный Леонид Ильич произносит с трибуны ХХV съезда:
"Дорогие товаришчи!"

     Я случайно прочитал на днях на сайте Шиловского, что ежеутреннюю развлекательно-юмористическую передачу на "Маяке" под названием "Опять двадцать пять!" закрыли перед самым съездом по политическим мотивам.
     Чтобы не вызывала ненужных ассоциаций.
     Не помню, но охотно верю.

     Ассоциаций и аллюзий боялись, как черт ладана.

     В Ленинграде в год семидесятилетия Брежнева сняли редактора литературного журнала "Аврора".
     Знаете за что?
     За юмореску!
     Я потом специально отыскал этот номер журнала и прочитал ее.
     Но, даже зная подоплеку события, эту юмореску я совершенно не запомнил. Поэтому могу только предположить, что она была про какого-нибудь туповатого пенсионера.
     НО!!
     Она была напечатана в год семидесятилетия Брежнева.
     В декабре! (Он родился в декабре.)
     На семидесятой странице!!

     Разумеется, это была не провокация и не супер-скрытая сатира. Журнал прошел все согласования и вышел обычным тиражом. И даже потом мне не составило большого труда отыскать его в библиотеке.

     Но какой-то особо бдительный читатель, или цензор, или не знаю кто - додумался сопоставить все эти совпадения, и редактор погорел, как швед под Полтавой.

     Фамилии его я не помню, зато помню фамилию писателя, его заменившего.
     Был такой писатель - Вильям... Кто сказал Шекспир? Неправильно!
     Был такой писатель Вильям Шекспир, но он к юбилею Брежнева уже помер, и шекспироведы успели засомневаться в его существовании.
     Да нет! Не в существовании Брежнева, а в существовании Шекспира!
     В существовании Брежнева никто не сомневался, и меньше всех - редактор "Авроры", фамилию которого я забыл.

     Фамилия нового редактора была Козлов. Вильям Козлов.
     Это не анекдот и не выдумка: я читал парочку его повестей, и они были вполне читабельны. Где-то посередине между Рекемчуком и Драбкиной.
     Хотя Рекемчук не был Жоржем, который Амаду, а Драбкина - Жоржем, которая Санд.

     А Козлов был Вильямом. Родители его так назвали: Вильям.
     Вильям Козлов.
     И никаких аллюзий, ассоциаций и сопоставлений.

     Очевидно, для того, чтобы еще более уменьшить нездоровые ассоциации и увеличить здоровые ассоциации, Вильям Козлов тут же начал печатать во вверенном ему журнале свою новую повесть.
     Действительно, другой Вильям пристраивал же свою писанину в свой собственный театр? Явно по знакомству.
     Так что аналогия прямая.

     Что это была за повесть, я вам сказать не могу. Я не стал ее читать, справедливо полагая, что через четыреста лет, когда она пройдет проверку временем, как пьесы Шекспира, ее будет знать каждый интеллигентный человек.
     А я к тому времени помру, как неинтеллигентный, и про меня никто не вспомнит, как никто не вспоминает про зеленщиков и пекарей, которые и знать не знали, что рядом с ними творит великий Вильям.

     Десятая часть установленного срока уже почти кончается, но пока мы с Вильямом Козловым идем ноздря в ноздрю: он еще не классик, да и я пока живой.

     Но у нас есть время.

     О чем это я?
     Ах, да! О юбилеях...

     Старею, наверное, впадаю в маразматические воспоминания и нравоучения, растекаюсь последней мыслью по древу файлов, теряю суровую нить Ариадны и потом долго ищу ее, кряхтя и чертыхаясь, и, как правило, не нахожу.

     А вот знаменитый телекабачок "12 стульев" просуществовал без малого двадцать лет и, не дожив до этого своего юбилея, тихо ушел в небытие прямо в дни бурных событий в Польше.
     Ходили разговоры, что его тоже прикрыли, чтобы завсегдатаи Кабачка "паны" и "пани", не дай бог не дискредитировали бы каким-нибудь образом дружественный польский народ во главе с Рабочей Партией, но думаю, что это не так.
     Просто маски завсегдатаев Кабачка уже были выработаны до предела.
     Хорошо пани Монике - пани средних лет может быть от тридцати до семидесяти, а вот пани Зосе в свои тридцать пять (пардон, пани Зося! цалую рончики! целое поколение моих ровесников было платонически влюблено в вас!) было уже неуютно в маске глупенькой двадцатилетней девочки.

     Поэтому Кабачок тихо почил, и советский народ стал судить о характерах польского народа не по мифическим панам и пани, а по сообщениям газеты "Правда". И по приказам и распоряжениям очень интеллигентного генерала Ярузельского, а также по крайне неожиданной популярности какого-то там безвестного электрика с Гданьской судоверфи Леха Валенсы.

     Вот, кстати...
     Оба мелькнули на политическом небосклоне и исчезли, оставив после себя неясный, расплывающийся след сгоревшего метеорита...
     Слышал я краем уха, что у бывшего Президента Валенсы какие-то неприятности судебного характера, не то с детьми, не то с ним самим, а Генсека Ярузельского и вовсе (по слухам) судить собираются за геноцид собственного народа или еще что-то такое же эфемерное и малопонятное...
     Тоже мне - Пиночета нашли, только с другой полярностью и размером помельче...
     Пиночета тоже, кстати, за жабры взяли. Только он всех перехитрил и впал в маразм.

     Нет в людях милосердия, зато полно - глупости.

     Читаю в "АиФ" - некая мадам запатентовала вышивку гладью. И требует отчислений от всех, кто использует оное изобретение.
     Как можно запатентовать то, что сотни раз описано в открытых источниках? - Не знаю.
     Может быть, и мне попробовать запатентовать, например... Соль!
     Правда, химические соединения не патентуются (по правилам!), но по правилам и общеизвестные вещи тоже не патентуются.
     Вышивка гладью, видимо, исключение...

     Уже не первый год тянется судебное разбирательство по поводу домена "kodak".
     Фирма "Кодак" говорит: мое кровное! имя! торговая марка!
     А владелец домена отвечает: на дороге лежало! поднял и взял!
     И оба правы!

     Один суд говорит - так! Домен отнять и фирме вернуть!
     А второй отвечает: кому вернуть? У нее домена никогда не было! Отобрать от фирмы и отдать обратно!
     И опять оба правы.

     "И ты, жена, права!" - сказал многомудрый Ходжа Насреддин.

     Людям делать нечего - в третий суд пошли...

     О чем это я?
     Ах, да - шестисотый номер!
     Шестисотый номер это не шестисотый Мерседес, но тоже хорошо!
     Ибо Мерседес и завтра останется шестисотым, а "Заневский Летописец" станет шестьсот первым и так далее...
     Пока мне не надоест.
     Или вам не надоест.

     Будем же оптимистами, уважаемые читатели, и будем надеяться, что мы еще некоторое время не надоедим друг другу!
     А когда надоедим, то разойдемся культурно и цивилизовано, без судебных исков и дележа имущества.

     Удачи в Интернете, господа!

     Примечание.
     А ведь хотел отметить достижения, привести цифири и нарисовать графики!
     Теперь придется для всего этого ждать семисотого номера.

(Продолжение "Заневского Летописца" - следует)


Обложка      Предыдущий номер       Следующий номер
   А Смирнов    ©1999-2001
Designed by Julia Skulskaya © 2000