Stolica.ru
    Реклама Rambler's Top100 Service     Все Кулички
 
Заневский Летописец
 
    Виртуальный орган невиртуальной жизни
26.09.2000         N 379   

Новая космогония
Станислав Лем

     Это выдержки из не слишком извеcтной работы выдающегося фантаста и мыслителя Станислава Лема. Ее по каким-то причинам нет в 10-томном собрании его сочинений (М.1992), но она опуликована в русском переводе в одном из сборников произведений Лема.
     В этой работе Лем излагает речь вымышленного Альфреда Тесты по случаю присуждения ему Нобелеской премии, который опирается на исследования другого вымышленного лица ученого Ахеропулоса.
     Науки создали картину обитаемого космоса, а при всем при том наблюдаемые факты упорно противоречили этим утверждениям. Согласно теории, Землю окружала целая толпа цивилизаций, правда в звездном удалении. Согласно практике наблюдений, нас окружала мертвая глушь.
     Первые исследователи проблемы исходили из того, что среднее расстояние между двумя космическими цивилизациями составляет от пятидесяти до ста световых лет.
     Затем это расстояние было произвольно увеличено до тысячи. В семидесятые годы радиоастрономия так усовершенствовалась, что можно было обнаружить сигналы, идущие с расстояний до десяти тысяч световых лет, однако и там слышался лишь шум солнечных пожаров. За семнадцать лет непрерывного прослушивания космоса не было выловлено ни единого сигнала, ни единого знака, дающего основания предполагать, что за ним стоит разумное намерение.

     Тогда Ахеропулос сказал себе: факты наверняка истинны, поскольку именно они являются основой познания. Возможно ли, что все теории всех наук ложны, что и органическая химия, и биохимический синтез, теоретическая и эволюционная биология, планетология, астрофизика - все до единой неверны? Нет, столь явно и столь единодушно они не могли заблуждаться. А это значит, что факты, которые мы наблюдаем (вернее, которых не наблюдаем), вовсе не противоречат теориям. Необходимо заново проинтерпретировать совокупность данных и совокупность обобщений. Именно такую попытку и предпринял Ахеропулос.

     Существование космоса оценивается по крайней мере в двенадцать миллиардов лет, а возраст солнечной системы составляет около пяти миллиардов лет.
     Отсюда следует, что эта система не принадлежит к первому поколению звезд, порожденному вселенной.
     Первое поколение возникло много раньше. Вот в этом промежутке времени, отделяющем возникновение самого первого поколения солнц от возникновения их последующих поколений, спрятан ключ к загадка.

     Поэтому сложилась ситуация, в равной мере и удивительная, и забавная. Как может выглядеть, чем может заниматься, какие цели может преследовать цивилизация, развивающаяся в течение миллиардов лет (а именно на миллиарды лет цивилизации «первого поколения» должны быть старше земной!),- этого никто не мог себе представить даже при самом смелом полете фантазии. А то, чего нельзя даже нельзя представить, было попросту проигнорировано. В самом деле, ни один исследователей проблем внеземного разума даже не упоминал о столь долговечных цивилизациях.

     Правда, кое-кто осмеливался заявить, что квазары и пульсары, возможно представляют собой результат деятельности мощнейших космических цивилизаций.
     Однако простые расчеты показали, что Земля, развиваясь нынешними темпами, смогла бы достигнуть столь высокого уровня астротехнической деятельности всего за несколько тысяч ближайших лет. А что потом? На что способна цивилизация, существующая в миллионы раз дольше?

     Их нигде не видно?
     Да нет же, отвечал Ахеропулос. Это мы их просто не замечаем, поскольку они уже везде. Точнее, не они сами, а лишь результаты их деятельности.

     Двенадцать миллиардов лет назад - а в те времена пространство и впрямь было мертвым - и возникли первые зародыши жизни на планетах первого звездного поколения. Однако прошли эпохи, и от той космической первоосновы ничего не осталось. Если считать «искусственным» все то, что преобразовано активным разумом, то весь окружающий нас космос уже искусственный.

     Где же космические корабли, где механические чудовища - словом, где титаническая техника существ, которая должна окружать нас и олицетворять собой звездные небеса?
     Но это ошибка, вызванная инерцией мышления, поскольку в машинной технике, говорит Ахеропулос, нуждаются только цивилизации, находящиеся в эмбриональном состоянии, как, например, земная. Миллиардолетней цивилизации не нужна никакая техника. Ее орудием является то, что мы называем законами природы.
     Сама физика представляет собой «машину» для такой цивилизации!

     Ахеропулос уничтожает разницу между «естественным» (созданным природой) и «искусственным» (созданным машиной), заходя в этом так далеко, что сметает разницу между учрежденным (то есть юридическим) законом и законом природы...
     Он отвергает мнение, что якобы разделение произвольных объектов по происхождению на искусственные и естественные является объективным свойством мира.

     Так называемые законы природы являются «неизменными» лишь для такой «эмбриональной» цивилизации, как земная. Согласно Ахеропулосу, путь развития ведет от ступени, на котором законы природы открывают, к ступени, на которой эти законы создают.
     В космосе уже невозможно отличить естественное (первичное) от искусственного (преобразованного). Кто выполнил этот космогонический труд? Цивилизации первых поколений. Как? Этого мы не знаем: наши знания слишком ничтожны, чтобы судить об этом. Тогда на каком основании можно считать, что все обстоит именно так?
     Если бы первые цивилизации, отвечает Ахеропулос, были с самого начала свободны в своих поступках, подобно тому как был свободен в религиозном понимании сам творец мироздания, то нам, конечно, никогда не удалось бы заметить следов происшедших перемен. Все религии изображают сотворение мира Богом как абсолютно свободный преднамеренный акт, но положение разума было иным, цивилизации были ограничены свойствами первичной материи, их породившей, эти свойства обусловили их последующие поступки, по поведению этих цивилизаций можно опосредованно составить картину исходных условий сознательной космогонии. Это не так-то просто, ведь в процессе преобразования вселенной сами цивилизации тоже не стояли на месте: являясь ее частью, они не могли ее изменять, не изменяя при этом самих себя.

     В представлении Ахеропулоса физическая картина пракосмоса напоминала пчелиные соты; подобно ячейкам в сотах, в пракосмосе должны были существовать области с временно стабилизированной физикой, которая все же отличалась от физики соседних областей. Каждая цивилизация, развиваясь обособленно, в изоляции от прочих, могла считать себя единственной во вселенной и по мере накопления знаний н энергии старалась придавать окружению черты стабильности, последовательно раздвигая при этом границы своего влияния. Если ей это удавалось, то по истечении довольно длительного промежутка времени такая цивилизация начинала сталкиваться - в удаленных сферах своей деятельности - с явлениями, которые уже не были только естественным проявлением стихийности окружающего нас пространственно-временного континуума, но были продуктом деятельности другой цивилизации.

     Цивилизации не устанавливали друг с другом непосредственных контактов, все происходило так: разновидность физики, установленная одной из цивилизаций, в процессе экспансии наталкивалась на соседние разновидности физики.
     Эти разновидности физики не могли плавно переходить одна в другую, поскольку они были нетождественны; а таковыми они являлись потому, что нетождественными были начальные условия существования каждой отдельно взятой цивилизации.
     Когда различные по исходным законам разновидности физики наталкивались друг на друга, а фронт столкновений представлял собой гигантские взрывы и пожары, в которых высвобождались колоссальные энергии различного рода аннигиляций и трансформаций. Очевидно, это были столь мощные катастрофы, что отзвук их еще по сей день слышен во вселенной в виде так называемого реликтового (остаточного) излучения, обнаруженного астрофизиками в шестидесятые годы и принятого ими за эхо ударных волн, которые были порождены взрывным характером возникновения космоса из его почти точечного зародыша (ибо в те годы многие считали весьма правдоподобной именно такую модель сотворения мира). Но проходили века, и цивилизации независимо друг от друга пришли к пониманию того, что они ведут антагонистическую Игру не со стихийными силами природы, а, сами того не ведая, с иными цивилизациями. И вот тем, что определило всю их последующую стратегию, был факт заведомой некоммуникабельности, отсутствие связи друг с другом, поскольку из пределов действия одной разновидности физики нельзя переслать никакой информации в пределы действия другой.   

       Самой сложной проблемой для Ахеропулоса была загадка Silentium Universi. Общеизвестны два его закона. Первый закон говорит о том, что ни одна цивилизация, находящаяся на более низком, чем другие, уровне развития, не может обнаружить игроков не только потому, что игроки молчат, но еще и потому, что их действия ничем не отличаются от космического фона по той простой причине, что именно эти действия и есть космический фон.

     Второй закон Ахеропулоса говорит о том, что игроки не шлют более молодым цивилизациям посланий с поучениями либо советами, поскольку не знают, куда высылать такие сообщения, а слать их неведомо кому они не хотят.
     В передаче безадресных сообщений всегда больше вреда, чем пользы. Ахеропулос показывает это на примере проведенного им эксперимента. Он брал две серии карточек, на карточках одной серии он записывал последние научные открытия шестидесятых годов, а на карточках другой серии - даты исторического календаря на протяжении столетия (1860-1960). Далее он вынимал по карточке из каждой серии. Открытие связывалось с датой по воле слепого случая, и это должно было соответствовать безадресной передаче информации. В самом деле, такие послания редко когда имели бы для получателя позитивную ценность. В большинстве случаев принятое сообщение оказалось бы или непонятным (теория относительности в 1860 году), либо бесполезным (теория лазера в 1878 году), или попросту опасным (теория атомной энергии в 1939 году). Поэтому игроки и молчат, ибо - согласно Ахерапулосу - желают добра более молодым цивилизациям.   

      Как долго будет длиться состояние Silentium Universi? Этого мы не знаем, но можно допустить, что по крайней мере сто миллионов лет.


Обложка      Предыдущий номер       Следующий номер
   А Смирнов    ©1999-2000
Designed by Julia Skulskaya © 2000