Stolica.ru
    Реклама Rambler's Top100 Service     Все Кулички
 
Заневский Летописец
 
    Виртуальный орган невиртуальной жизни
21.09.2000         N 376   

У черта на Куличках
(окончание)

(Начало здесь)
     Для пущего убеждения в географической распространенности и исторической известности слова "кулига" имеем возможность указать на ту же Москву. В те времена, когда этот город, по обычаю и приемам всего государства, созидался и ширился в лесных теснинах и трущобах, под жилые слободы отбили места таким же новинным (или кулижным) способом. В слободах этих, которые потом вошли в состав Москвы, выстроились церкви, устоявшиеся до наших дней под непонятным теперь для москвичей названием Троицы (за Ивановсим монастырем), Рождества богородицы (на Стрелке) и Всех Святых (за Варварскими воротами) "на кулижках". Это в трех местах Москвы, где на сухой горе, среди соснового леса, то есть на настоящем бору, несколько раньше выстроена была одна из древнейших церквей Кремля, собор Спаса на бору. При этом следует заметить, что московские чистобаи (наречие которых принято литературой и в разговорном языке) произносят слово "кулижки" правильно. Грамотеи же, вроде настоятелей тех церквей и составителей указателей, пишут его неверно, заменяя букву "ж" буквой "ш". Повторился тот же придаток к живым урочищам и церквам и в других городах, где селения на кулижных росчистях также вошли в городскую границу.

     Если остановимся на одной из московских кулижек - именно на той, где близ, Ивановского монастыря стояла при царе Алексее изба - патриаршая "пищепитательница", - то в житии Иллариона Суздальского прочитаем о том событии. В богадельне этой (женской) поселился демон и никому не давал покоя ни днем, ни ночью: стаскивал с лавок, с постелей, по углам кричал и стучал, говоря всякие нелепости. Благочестивый царь повелел духовного чина людям творить молитвы на изгнание этого беса. Но он стал еще свирепее: начал явно укорять всех, обличать в грехах и стыдить, а иных бил и выгонял вон. На борьбу с ним вышел старец Илларион из г. Суздаля и начал одолевать его обычным способом молитвы, но, лишь начнет вечернее пение, бес с полатей кричит ему:"Не ты ли, калугере, пришел выгонять меня?" Начнет старец ночью читать молитвы на изгнание беса, а черт кричит ему: "Еще ты и в потепках расплакался!" И крепко застучит на полатях и устрашает: "Я к тебе иду, к тебе иду".

     Свидетели, как, например, схимонах Марко, бывший самовидцем, испугались и хотели бежать из избы, но Илларион остановил их уверением, что "даже и над свиньями дьявол без повеления Божия не имеет власти". Тогда дьявол обернулся черным котом и стал прискакивать к старцу всякий раз, когда тот хотел положить поклон.

     Цели бес не достиг. Илларион был столь незлобив, что сам враг похвалил его: "Хорошо этот монах перед Богом живет", - и в заключение неравной борьбы принужден был сознаться, что зовут его Игнатием, что он "был телесен и княжеского рода", но что мамка послала его к черту, что из богадельни он выйти не может, так как не по своей воле пришел сюда. Не послушался он и бродячих попов с Варварского Крестца, стоявших там с калачами за пазухой, и даже обругал: "Ох вы, пожиратели! Сами пьяны, как свиньи! Меня ли вам выгнать?"

     На этом сравнительно позднейшем сказании, записанном в малоизвестном житии, иные готовы (и советуют) основывать объяснение заглавного выражения.

     Когда и на искусственных кулигах становилось жить тесно, а почва начала утрачивать силу плодородия, уходили от отцов взрослые и старшие сыновья, от дядей племянники и т.п. При полной свободе переходов, с помощию людей богатых, которые давали от себя даром и соху, и топор, и рабочую лошадь, брели врозь с насиженных и родимых мест так далеко, что и вести достигать переставали.

     Да и как, и через кого перекинуться словом, когда стали жить у черта на кулижках? Когда припугнули трусливых и диких народцев огненным боем, который вспыхивал внезапно, гремел гулко и разил наповал и насмерть, - кулиги стали подвигаться еще дальше, где уже, по присловью, и небо заколочено досками, и колокольчик не звонит.

     (Из книги "Крылатые слова" по толкованию С.Максимкова. "Русский купец" и "Братья славяне" из Нижнего Новгорода. 1994. Перепечатка книги конца XIX века.)

Начало


Обложка      Предыдущий номер       Следующий номер
   А Смирнов    ©1999-2000
Designed by Julia Skulskaya © 2000