Stolica.ru
    Реклама Rambler's Top100 Service     Все Кулички
 
Заневский Летописец
 
    Виртуальный орган невиртуальной жизни
19.01.2000        N 233    

Открытие сезона

Невидимые миру слезы стали видимыми. Но сочувствия они не вызывают.
Как бы на пыжились господа депутаты изобразить из себя государственных деятелей, как бы не обижались они на телевидение, которое, якобы, плохо их показывает, но наибольший вред им приносят прямые трансляции заседаний.
В борьбе за которые господа депутаты сломали столько копий.
Не стала исключением и очередная клоунада под названием "Выборы спикера или Долгая игра в одни ворота".

Началось заседание очередным анекдотом.
Десять дней господа депутаты в поте лица и всех остальных органов и частей тела проводили "консультации".
Но к началу заседания выяснилось, что им не хватило буквально часа для выработки совместной позиции.
Поразительная, просто микронная точность имеет место быть в нашей государственной машине: сто часов депутаты искали компромисс; или даже двести, если в государственных заботах ограничивали себя во сне и отдыхе.
Но одного часа все равно не хватило!

Как выяснилось немного позже, на самом деле эта часовая отсрочка ничего не дала и консенсус (подзабытое уже слово!) достигнут не был.

Постоянно сбиваясь на дискуссии по процедурным вопросам, которые не давали никаких сдвигов, и совершенно неприлично зашпыняв непонравившегося им председателя заседания, депутатские фракции в едином порыве стали отходить в стороны, даже скорее отбегать и отпрыгивать с дороги, явно расчищая путь для господина Селезнева.
Сначала это казалось вполне уважаемой и достойной позицией: не хочет, допустим, "Единство" выставлять своего кандидата; ну что же - имеет право.
Не хочет уважаемый господин Примаков занимать этот пост - никто не может ему этого запретить. Правда, было не совсем ясно, с чего бы он так разгорячился?
Человек он спокойный, сдержанный, опытный - зачем бы ему размахивать руками и потрясать бумажками?
Обычная рабочая ситуация. И аплодисменты, которые он сорвал, скорее похожи не на признание его позиции, а на восхищенную признательность приме-бенефициантке. Зачем Примакову такая мелочь?
Неясно. Но это уже настораживало.

А дальше пошел абсолютный цирк.
Выдвинутые кандидаты, всячески подчеркивая свою порядочность и свои заслуги, сдавали позиции и по пластунски уползали в тыл под защиту своих фракций. Несмотря на то, что уходили они с трибуны с высоко поднятыми головами, впечатление бегства через потайную дверцу было совершенно непреодолимым.

За командирами побежали и батальоны.
Первым, как это уже принято, скомандовал отступление Явлинский. "Яблоко" отошло на заранее подготовленные принципиальные позиции практически без потерь. Даже с некоторыми прибретениями в репутации непримиримых борцов.
Остальные фракции бежали толпой, униженные и растерянные собственной непредусмотрительностью: не успели перехватить инициативу!
И не только у Селезнева и Зюганова, но даже и у Явлинского.
Отступать, знаете ли, тоже надо уметь...

Потом все начали стыдиться.
"Мне стыдно перед моими избирателями, - говорил один, - за попытки навязать большинству свою волю..."
"А как мне стыдно, - возражал ему другой, - за непарламентское поведение..."
"А я, - говорила третья, - первый раз в зале заседаний, как депутат, и мне так стыдно за всю эту болтовню..."
Но при этом стыдящиеся активно выпячивали грудь и бренчали медалями.
"Я, - говорил один, - избираюсь по одномандатному округу уже второй (третий, пятнадцатый - нужное подчеркнуть) раз, но мне ужасно стыдно, что..."
"А я, - подхватывал другой, - ..."

Разумеется, на арену, простите, на трибуну вышел господин Жириновский и хотя ему совсем нечего было сказать, долго объяснял то, что он считает своей позицией в данном вопросе.
Унылость и, я бы даже сказал, какая-то бюрократическая серость его выступления показала, что он крайне растерян таким поворотом событий, он не успел сориентироваться и не знает как себя вести.
Вот это стоило посмотреть: Жириновский не знает как себя вести! Жириновский! Человек, у которого всегда есть в запасе парочка аргументов, или на крайний случай - оскорблений, или на самый крайний случай - стакан сока или бутылка минералки!

Но зрелище растерянного Жириновского окончательно меня расстроило, и я ушел с представления, то есть - с заседания, то есть - от телевизора...

Чем там все закончилось, не подскажете?

18 января 2000 года 22-00 по московскому времени


Обложка      Предыдущий номер      Следующий номер
   А Смирнов    ©1999-2000
Designed by Julia Skulskaya © 2000